?

Log in

No account? Create an account
Действиям клана Мин благоволил всесильный генерал-губернатор… - Онлайн-дневник Маккавити

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile

July 29th, 2015


Previous Entry Share Next Entry
09:15 am

Действиям клана Мин благоволил всесильный генерал-губернатор столичной провинции и выдающийся реформатор Ли Хунчжан, в ведении которого находились корейские дела. Российская и советская историография придерживаются в отношении этой личности другого мнения, однако влияние, которое оказал этот человек на новую историю региона, безусловно, очень велико[1].

Следует помнить, что в то время,  между опиумными войнами и японско-китайской войной 1894-1895 гг. Китай проводил так называемую «политику самоусиления»[2].  Внешнеполитическая  направленность этой политики заключалась в том, чтобы «бить варваров руками варваров», натравливая их друг на друга или лавируя между ними. Естественно, Ли Хунчжан поощрял подобную тенденцию и в Корее, одновременно пытаясь сохранить там гегемонию : «Если Корея заключит договоры с другими государствами и обеспечит себе их посредничество, то Япония не сможет грубо и бесцеремонно обращаться с Кореей»[3].

. Однако Ли Ю Вон не поддержал эту идею, вежливо ответив, что перед лицом мощи Китая ни Япония, ни Запад «не осмелятся»[4].</span>

 Ли дал «добро» на обучение корейских студентов в Китае, где европейское знание постигалось подконтрольно, и порекомендовал вану в качестве первого приглашенного финансового советника и начальника таможенной службы немца фон Меллендорфа (ранее – немецкого консула в Тяньцзине), рассчитывая на то, что обласканный им иностранец будет проводить в жизнь политику маньчжурского правительства.

Кроме того, Ли активно пропагандировал в Корее книгу под названием «Корейская политика»[5] (или, если переводить более точно, «Корейская стратегия» (кит. «Чаосянь цзэлюе»), автором которой был известный китайский дипломат и реформатор Хуан Цзунсянь, соратник Кан Ювэя и китайский посланник в Токио. Книга  рекомендовала корейскому правительству обучать молодежь иностранным знаниям, открыть порты, посылать студентов на учебу за рубеж и привлекать к преподаванию иностранных учителей[6]. 

Одновременно в книге всячески развивался тезис о природной агрессивности России по отношению к Корее и о необходимости дружбы с Америкой, которая, в отличие от России или Японии, находится далеко и не будет иметь к стране каких-либо территориальных претензий[7].  Общую суть стратегии Хуан обозначил так: оставаться близкими с Китаем; пойти на сближение с Японией; быть союзниками с Америкой.

Особое внимание Хуан уделил рассуждению о протестантизме. Дескать, если католические миссионеры нередко ведут себя весьма агрессивно, протестанты придерживаются политики невмешательства во внутренние дела стран. И хотя он похож на католичество, разница между ними велика и сравнима  с различиями  учения Чжу Си и концепции  Ван Янмина.

Заметим, однако, что в отношении России автор «Корейской политики»  был неправ. Степень агрессивных стремлений России по отношению к Корее была гораздо меньше, чем он предполагал. Даже известная миссия адмирала Путятина не имела приказа заключить с Кореей неравноправный договор. Кроме того, по сравнению с поведением японцев, французов и американцев, русские вели себя гораздо более корректно, не грозя оружием  и не чиня  разбоя[8].

 

Через Ким Хон Чжипа, который в 1880 г. был официальным посланником Кореи в Токио, а затем инициатором ряда структурных реформ, в том числе создания МИДа, книга была передана вану  и в следующем, 1881 г. была переведена на корейский язык, оказав значительное влияние на выработку идеологии как в новое, так и в новейшее время, хотя реакция на эту книгу была весьма бурной. Традиционалисты резко выступали против общества, где нет ни монархов, ни почитания отцов. Кроме того, Россия, США и Япония были для них одинаково варварскими государствами,  равно противными Корее в силу своей природы. Ким Хон Джипа даже предлагали казнить как предателя[9] или как минимум уничтожить все копии текста[10].

22 мая 1882 г. был подписан  неравноправный договор с США, которому предшествовала сложная дипломатическая подготовка. Американцы действовали уже через Ли Хунчжана, и договор был составлен фактически без особенного участия корейской стороны. Ли Хунчжан представил американцам четыре проекта договора и фактически вел переговоры с США от имени корейского двора, а потом навязал ему уже готовый договор. Ли настаивал на том, чтобы в договоре был указан вассальный статус Кореи по отношению к Китаю, но глава американской делегации объяснил, что законы западного международного права не позволяют заключать договор с зависимой страной. Под давлением императора к договору было приложено разъяснение о том, что Корея является вассалом Китая, но с точки зрения международного права этот документ силы не имел.

Одним из важных элементов корейско-американского договора  было обещание «добрых услуг» в критической ситуации. Корейцы воспринимали это как обещание военной помощи, но, забегая вперед, скажем, что они ее так и не получили.

Интересно и то, что при обсуждении договора корейский представитель требовал включения в него специального пункта о запрещении пропаганды западной религии в Корее. Пункт не был  включен только благодаря давлению Ли Хунчжана [11]. Зато специальная статья договора  запрещала поставки американского опиума.

Кстати, неравноправные договора  в Корее  воспринимались именно как неравноправные в значительно меньшей степени, ибо традиционная дальневосточная дипломатия исключает взаимодействие двух равных субъектов, так как вопросы взаимодействия между вассалами регулируются сюзереном. С другой стороны, именно это усугубило последующую  неприязнь к Америке со стороны традиционалистски настроенных корейских историков, поскольку небрежение обязанностями сюзерена (выразившееся в том, что Америка не стала помогать Корее в борьбе  с японской аннексией) является недостойным с точки зрения конфуцианской морали.

С этого времени двор  стал ориентироваться на   США.  В 1883 г.  он даже послал туда «ознакомительную миссию» во главе с Мин Ён Иком  - приемным сыном Мин Сын Хо, любимым племянником королевы и будущим лидером консерваторов, но состоящую в основном из молодых прогрессистов.  Интересным моментом, связанным с подготовкой этого мероприятия, было то, что впервые в дипломатической практике все документы с корейской стороны были написаны не иероглифами, а национальным шрифтом хангыль. Тогда же был окончательно сформирован дизайн корейского флага тхэгыкки – сине-красный знак Великого Предела на белом поле с четырьмя триграммами[12].

Каков был итог этих попыток модернизации? В. М. Тихонов называет их полуреформами по целому комплексу причин. Консервативные настроения продолжали доминировать как в низах, так и наверху (характерно, что первая ознакомительная миссия в Японию в 1881 году  отправилась в поездку тайно в связи с непопулярностью реформаторского курса, а финансировал её ван Коджон из собственных средств [13]); изменить бюрократию, укреплять армию, развивать промышленность или бороться с коррупцией никто не пытался. Политика открытых дверей разрушала традиционные производства[14].

Он же отмечает, что молодые янбаны, которых отправляли на учебу в Китай, оказались неготовы воспринять новые знания как психологически (инженерные специальности считались «низкими» и недостойными), так и по уровню необходимых знаний: многие из них не могли усвоить новую информацию даже на китайском языке[15].



[1] Cumings B. Korea’s place... Р. 87.

[2]Политика «самоусиления», или заимствования военно-технических достижений западных держав, была призвана восстановить пошатнувшийся после опиумных войн престиж Китайской империи. При этом в культурной сфере власти всячески укрепляли влияние конфуцианства, будучи  уверенными в своём культурном превосходстве над «западными варварами».  

[3] История Кореи (с древнейших времен до наших дней). Том I. С. 335.

[4] Cumings B. Korea’s place... Р. 103.

[5] Тягай. С. 93.

[6] Толстокулаков И.А. Политическая модернизация Южной Кореи. Часть 1. Владивосток, 2007, с.213-214

[7] Тягай.  С. 94

[8] Более подробно на эту тему смотрим работы Т. М. Симбирцевой (например, «Современная южнокорейская литература о России и русско-корейских отношениях: новые тенденции и традиция» или  «Участие корейских отрядов в Албазинских войнах 1654 и 1658: Источники и историография» )

[9] Cumings B. Korea’s place... Р. 104.

[10] Тихонов В.М., Кан Мангиль. История Кореи. Т.1. М.: Наталис, 2011, с.392

[11] Тягай. С. 92.

[12] Hulbert, Homer B. The history of Korea. vol. 2  стр. 225

[13] Тихонов В.М., Кан Мангиль. История Кореи. Т.1, с.393

[14] В.М. Тихонов, Кан Мангиль. История Кореи. Том I, С. 396-397

[15] Тихонов В.М., Кан Мангиль. История Кореи. Т.1, с.395


(2 comments | Leave a comment)

Comments:


[User Picture]
From:torquelimach
Date:August 19th, 2015 05:55 pm (UTC)
(Link)
. Однако Ли Ю Вон не поддержал эту идею, вежливо ответив, что перед лицом мощи Китая ни Япония, ни Запад «не осмелятся»[4].</span>

По-моему, Ли Ю Вон раньше не упоминался.

Ли дал «добро» на обучение корейских студентов в Китае...
Кроме того, Ли активно пропагандировал...


Ли Ю Вон или Ли Хунчжан?

(Вообще говоря, для умеренно заинтересованного читателя иногда многовато имен, которые к тому же часто труднозапоминаемы.)

Edited at 2015-08-19 05:56 pm (UTC)
[User Picture]
From:brother2
Date:October 26th, 2015 05:24 am (UTC)
(Link)
В оценке договора и его неравенства присутствует изрядная путаница.

Что было де факто:
1) американцы могли вскрыть любой порт, и фактически это сделали
2) Чина могла даже после опиумных войн прислать армию в Корею, но не решалась действовать против белых
3) ни о каком японском могуществе ещё речи не шло, инженеры которые будут делать винтовки и броненосцы ещё учились, поэтому тему защиты от Японии никто не поднимал.

Итого:
что получили Штаты - узаканивание того, что они итак имели
что получила Корея - признание суверинитета под гарантии Штатов. Плюс не надо так мягко про Россию, из всех больших игроков в регионе Россия единственная в предыдущие десятилетия совершила именно в этом регионе территориальные приобретения. Не просто зоны контроля, а именно присоединила к своим территориям. Так что опасения были не напрасными. И опять таки, кто знает что было б в период предшествовавший русско-японской не стой за Кореей Америка (а значит - Англия).

Насчёт того, что не защитили от Японии - в момент русско-японской Япония была союзником Англии, а Англия была союзником Америки. И вот тут начинается самое показательное: корейцы возжелав суверинитета вместо полноценного союзничества подписали нечто мутное. Если бы у них была протекция от Штатов - японцы б десять раз ещё подумали и всяко были б тёрки вокруг этого дела. Они ж попробовали быть самостоятельными - ну и огребли по полной, но виноваты американцы.

> Go to Top
LiveJournal.com