March 15th, 2012

На заметку кое-кому - 38. и к Сумме...

1. О маразматичных законах: http://rusnovosti.ru/news/192580/
...если закон будет принят, навыки спортсмена, использованные в уличной драке, будут считаться в суде отягчающим вину обстоятельством и выльются в большой срок заключения.
2. О желтом мифе и праве на подлость: http://www.iarex.ru/news/24344.html
"Эксперт ИА REX, политолог Григорий Трофимчук считает единственным эффективным способом победы в войне против фальсификации истории встречную фальсификацию. По его словам, «работа в архивах» и дискуссии «с документами в руках» в этом случае не помогут".

По наводке Рекенаври :)) Не стеб??

http://hh.ru/vacancy/5602127?query=%D0%9A%D0%BE%D0%BF%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%B9%D1%82%D0%B5%D1%80+(%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%BB%D0%BB%D0%B5%D1%80)


В Креативный центр «Неконтактная реклама» срочно нужны «Боевые тролли»!

Требования:
• Умение быстро и качественно создавать аккаунты с «историей» на форумах и в социальных сетях.
• Умение тонко троллить активных участников (не политика).
• Знание «инет-фени».
• Усидчивость за компьютером, включая вечерние и ночные часы.

Условия:
• Для лучших – работа в офисе на постоянной основе (от 35 000 рублей).
• Для умеренных троллей – работа удаленная (можно из дома – от 15 000 рублей).

Дополнительные бонусы:
• Бесплатная доставка пиццы, чипсов и пива (3 банки в ночь).

Обязательные условия:
• Мы не платим «кешем», и не переводим деньги на Яндекс и иные кошельки. Для работы с нами нужно заводить банковские карты. Ибо проще для нас. Либо Сбербанка, либо НОМОС-БАНКа, либо иного релевантного с ними банков, которые известны. Карты банков типа «Банк возрождения русской Уганды», «1-й негосударственный Банк КУКЛУС Клана» – не принимаем – ибо уже обожглись.


Тип занятости

Частичная занятость, гибкий график

Ланьков про отходников из КНДР в КНР (и не только)

http://slon.ru/world/koreyskie_perebezhchiki-764741.xhtml

Большинство тех, кто не знаком с реальной ситуацией, подразумевает, что беженцы из Северной Кореи напоминают тех диссидентов, которые в семидесятые легальными и нелегальными путями уходили на Запад из СССР и стран Восточной Европы. Однако эта аналогия работает плохо и, скорее, мешают понять ту ситуацию, что сложилась вокруг северокорейских беженцев.

Часто подразумевается, что беженцы в своем большинстве направляются из Северной Кореи в Южную. Однако лишь немногие из беженцев покидают Северную Корею с намерением перебраться в Сеул. В своем подавляющем большинстве беженцы – не политические, а экономические мигранты.
***
Для большинства северокорейских беженцев в Китае вся политика с идеологией сводится к одному: как бы заработать на три чашки риса в день (а если повезет – то и на пельмени на выходные). Задача, спору нет, скромная, но надо помнить, что в Северной Корее рис – эта пища богачей и чиновников, простонародье там питается – и всегда питалось – кукурузой. Типичная беженка – это вовсе не интеллигент-диссидент, а крестьянка лет сорока, и ушла она за кордон не для того, чтобы бороться с режимом (она и слов-то таких, обычно, не знает), а для того, чтобы зарабатывать деньги на прокорм себя и оставшейся на Севере семьи.

Количество северокорейских беженцев в Китае достигло пика около 2000 года, когда их численность оценивалась в 200 000–250 000 человек. В последние годы их численность сильно сократилась и сейчас оценивается в 20 000–30 000 человек. Сыграли в уменьшении числа беженцев свою роль и улучшение экономической ситуации в Северной Корее, и относительно успешные попытки властей КНДР взять границу под контроль
***
южнокорейские официальные представительства на территории Китая, следуя инструкциям из Сеула, оказывают помощь лишь тем из беженцев, которые представляют политическую и разведывательно-информационную ценность. Иначе говоря, если в южнокорейское консульство где-нибудь в Шанхае приходит беглый подполковник северокорейского спецназа или второй секретарь провинциального комитета комсомола, то таким людям будет оказана поддержка и, в конце концов, их так или иначе вывезут в Сеул. Однако бывшей скотнице или крановщице, которые составляют подавляющее большинство беженцев, ничего в южнокорейском посольстве или консульстве не светит
***
Плата за доставку взрослого беженца из Манчжурии в Улан-Батор или Бангкок составляет сейчас примерно три тысячи долларов, а более сложные случаи могут стоить много больше ($10 000–15 0000, например, стоит выезд самолетом непосредственно из Китая, с фальшивым паспортом). Примерно половина суммы в итоге достается брокеру, а остальное уходит на оперативные расходы.
***
За почти полувековой период с 1953 по 2000 год в Южную Корею перебралось всего лишь 1200 бывших жителей КНДР (именно столько беженцев насчитывалось там по состоянию на начало 2001 года). За последующее десятилетие общее количество беженцев возросло почти в 20 раз, и сейчас в Южной Корее проживает 23 000 выходцев с Севера. В последние годы в Южную Корею ежегодно в среднем прибывает 2700–2900 человек и почти все они прибывают через Китай