November 25th, 2003

(no subject)

25/11
Заканчивается Рамадан, к коллегам приехали семьи и им не до походов, учебная программа курсов практически подошла к концу – зато мы замечательно поиграли в переговоры между двумя тропическими странами, представители которых обсуждают проведение границ на спорных территориях. Было много фана и достаточно РП, хотя мне отчасти повезло: проанализировав темы курса, я с самого начала понимал, какие «ловушки восприятия» нас скорее всего будут ждать и, несмотря на ряд огрехов тактического плана (полного сотрудничества так и не вышло, и, имея в голове модель консенсуса, обе стороны таки решили поторговаться), мы нашли правильное решение. Правда, игра оставила некое ощущение назаконченности оттого, что(как выяснилось) ее полный вариант включал в себя и вброс новых мастерских вводных в середине процесса, в результате чего договариваться пришлось бы и на тему перемирия. Но 4 часа надо было вместить в полтора, и чем-то пришлос пожертвовать.
Напоследок я повеселил аудиторию, рассказав про тот вариант решения проблемы с островом, который предложила Катя. Она не только, как и я, сменила приоритеты с «кого первым» на «кто может безболезненно остаться», но еще более вышла за рамки правил, допустив как возможность заменить одного взрослого на двух детей одинакового веса, так и оставить вместо кого-то из пострадавших профессионального спасателя, точно способного продержаться на острове и прокормить остальных.Collapse )

Угрозы без границ, часть третья, - о том, как теперь наводят ТЕРРОР

После преступности естественно настала очередь Терроризма, каковой, как выяснилось из подборки попыток описать это явление, так и не имеет идеального определения, принятого за основу в международных спорах. Зато понятно, что как явление его характеризуют следующие приметы:
· Это проявление политической деятельности, что выводит его за рамки обычного криминала: даже при нередко похожих методах («политические» убийства, «экспроприации» и тп) терориста от уголовника отличает политический мотив.При этом угроза насилием выводит их за рамки принятой системы – чтобы добиться своего им не надо ходить на выборы или устраивать референдум.
· Тем не менее, как и было сказано выше , терроризм манифестирует себя как криминальная деятельность: почти все его проявления, будь то убийство, поджог, похищение человека или угон воздушного судна, могут сами по себе быть рассмотрены как уголовные преступления, наказуемые по «обычным» статьям УК. Там, где не состава преступления (точнее, той или иной формы насилия), нет и терроризма.
· Терроризм является формой психологической войны. Если криминал пытается скрывать следы своего преступления, террорист выставляет их напоказ, так как его основная цель – создать (угрозой насилия или его применением) в обществе атмосферу ужаса и неуверенности, каковую он намерен использовать для оказывания влияния на политическое поведение своих жертв.
· Атаки террористов не имеют определенной цели и нередко бьют без разбора (indiscriminately). Более того, ситуация, когда жертвой может стать любой, играет важную роль в становлении выгодной им эмоциональной обстановки – чем более непредсказуем терроризм, тем более дезориентируют и ввергают в прострацию его эффекты.
· Терроризм может быть направлен как против военных, так и против гражданских обьектов, но даже в случае атаки на военных среди жертв бывают не только военные, но и некомбатанты (под которыми кто-то понимает только женщин, детей и стариков, а кто-то и гражданских чиновников ненавистной террористам власти). Этим от кардинально отличается от партизанской войны, которая в основном ведется против военных обьектов. (кстати, некоторые авторы считают некомбатантами даже войска, не имеющие непосредственной боевой задачи).
· Но что роднит террористов с партизанами, это ведение войны неконвенциональными методами или, иначе говоря, тактика ассимметричного ответа или «малая интенсивность» конфликта. Террорист с танками – уже нечто большее чем террорист, и я бы особенно добавил, что терроризм предполагает как одно из важных условий отсутствие крупномасштабной войны (по крайней мере, в данном регионе), ибо в случае зоны военных действий часть терактов проходит как диверсионная деятельность (впрочем, тут опять вопрос о том, как считать гражданских).
· Терроризм – средство политической коммуникации и способ привлечения к себе внимания, способ заставить выслушать. В этом смысле теракт – своего рода спектакль, призванный сорвать аншлаг, и отсюда тяга к совершению действа в местах, где у него будет точно обеспечена аудитория (прирезать министра в сортире – просто политическое убийство, а вот взорвать его авто на ступеньках министерства в день коллегии..).
· Терроризм проводят в жизнь члены НГО, как локальных, так и межнациональных. Похожая политика, проводимая государством, не вписывается в это определение (что приятно, так как господа левозащитники в последнее время очень полюбили словосочетание «государственный терроризм», пы таясь применить его даже в случае с Ходорковским)Collapse )