October 10th, 2003

если к вам притекла сенсация, определеите причины протечки и действуйте по обстановке..

Прочие интересные мысли четверга были опять же спровоцированы по преимуществу курсом по прессе, на котором мы разбирали то, что такое новости, откуда они берутся и как их следует судить. У Мансурова мы анализировали китайско-корейские отношения, а по истории разбирались, что являла собой Азия до империализма, когда в СВА вообще появился такой термин и отчего маленькие европейцы еще до промышленного переворота сумели так много завоевать.
· СМИ – не монолитная струтура. В них много внутренних различий, и тактика общения с прессой сильно отлична от работы с тележурналистами. ТВ, например, это гораздо меньшее время, в которое вам надо уложиться при высказывании своей точки зрения - так, что, долго выступая на РЕН-ТВ я совершил ошибку, сказав много и дав возможность им выбирать из большой кучи то, что показалось интересным ИМ.
· Не недооценивайте радио! Во-первых, неграмотные слушают его. Во-вторых, радиоточка дешева, и в неразвитых регионах вполне заменяет ТВ (репродуктор на столбе). В-третьих, именно его вы слушаете сидя в машине или пуская фоном на работе. А с учетом того, как много народа имеет автомобили...
· Новость – это то, что является для аудитории необычным; то, что отличает сегодня от вчера, то, что отвечает на вопрос ‘so what?’.
· Право знать (правду?), о котором любят говорить демократы, против необходимости знать – вопрос упирается в то, кто решает поместить материал на первую полосу.
· Утечки информации и прочие запланированные\спровоцированные сенсации – журналист должен не работать попугаем, а понимать, что его используют, и сливающий инфо имеет в этом какой-то свой интерес; именно потому следует обратить внимание на мотивацию источника и воспринимать все вкупе. Пример правильной работы из окололичного опыта – группа обиженных на ролевую тусовку ее представителей решила «использовать» знакомого журналиста, однако тот оказался профессионалом и на базе сообщенных ему фактов провел самостоятельное расследование – в итоге большая статья вышла, но оказалась совсем не той, которую ждали заказчики.
· Кстати по поводу скандала с рассекречиванием – вообще-то ответственности подлежат и сотрудник, через которого произошла утечка, И журналист, напечатавший материал.
· Власть прессы – миф. У нее есть влияние, но это две большие разницы, так как власть это способность заставить изменить мнение, в влияние – лишь возможность. Иное дело, что иногда оперативность прессы оказывается быстрее бюрокартической системы (политики узнают новости из газет), но все равно – даже в истории Уотергейта пресса скорее обратила внимание на проблему, а решали ее уже иные люди в суде или конгрессе – и журналисты только описывали или комментировали их события. Пресса формирует общественное мнение, но впрямую повлиять на мнение профессионалов ей значительно сложнее.
· Некоторые детали свободы прессы и американского секретоношения: единой системы засекреченных тем или уровней допуска нет- все определяется президентом или бюрократией on case to case basis; нельзя приводить в прессе разведданные, особенно полученные со спутников; офицер не имеет права передавать журналисту секретную информацию, но журналист имеет право сам ее взять (парадокс, но вспомним «Дочь Генерала» и момент с оставленной на столе папкой); впрочем – шпионаж по закону предполагает не просто передачу врагам важной информации, а передачу с явным намерением причинить стране вред.
· О том, что творится в роте, надо спрашивать не командира, а сержантов.
· Военкору очень тяжело плохо писать о тех, с кем он ест из одного котла, выпивая ту же долю суровых будней.
Интересно – буду ждать, когда дойдем до журналистской этики...

(no subject)

10/10/03
Сегодняшний день был богат на приятные события и интересные мысли. Началось все с того, что меня чуть не выбрали старостой нашей семинарской группы. Точнее, ее председателем в деле подготовки группового исследования темой которого, напомню, будет проблема улучшения государственного управления в контексте вопросов безопасности. Минут десять я пытался взять самоотвод, объясняя, что в отличие от военных или госслужащих с в среднем 20+летним стажем у меня нет ни месяца практического опыта; что я самый молодой и не могу руководить более взрослыми из соображений конфуцианской этики; что я хороший замполит но никакой командир... продолжалось это до идеи рассмотреть кандидатуру кого-нибудь еще, в результате чего эль команданте был назначен офицер из Чили, товарищ очень интеллигентный, расудительный и вроде бы армеец а не разведчик.
Доклад должен занимать пять страниц и 20 минутное выступление, и мы договорились, что я набросаю нечто вроде тезисного плана, п отом каждый из членов группы как бы нарастит мой конспект выкладками из своего практического опыта. Общая идея достатчно проста: плохо работающая административная система разрушает безопасность изнутри лучше любых диверсантов; хорошая же, наоборот, повышает эффективное использование всех видов ресурсов страны позволяет адекватно реагировать на новые вызовы, от терроризма до САРС (имхо, именно специфика системы помогла китайцам оперативно решить эту проблему).
В качестве узловых моментов будем рассматривать следующие:
· Мера сочетания демократического и авторитарного в контексте проблемы безопасности страны (об этой security dilemma связанной с безопасностью режима за счет безопасности граждан нам не раз напоминали).
· Значение региональных управленческих моделей\традиций (смотри ми исследования административной культуры на материале РК) и вопрос о том, насколько полезно применять новые (читай, американские) наработки, и если полезно, насколько они нуждаются в модернизации.
· Место коррупции в системе и меры по борьбе с ней (включая структурирование категории «не по чину берешь!»)
· Вопрос о прозрачности системы и организации обратной связи, а равно ускорении ее быстродействия вообще.

кажется, набросок еще одного эссе - про бомбу и будущее с ней.

На основном курсе у нас начался региональный блок, на котором мы сегодня разбирали общие тенденции всего АТР, а затем на каждом следующам занятии будем анализировать ту или иную его часть. Среди общерегиональных проблем естественно была упомянута КНДР и ее вероятная бомба, но подход к этому вопросу был куда более взвешенный, чем у администрации.
Наш лектор плясал от того, что решение будет приниматься по модели «рационального действия» (хотя в рациональности Буша и К я уверен не до конца) – вопрос сводится к тому, что будет более затратно – пытаться сменить режим, который безусловно, Никогда не оставит идею бомбы (хочет жить и с этой позиции ведет себя абсолютно рационально), или принять изменение ситуации и жить с ядерной КНДР.
Второй вариант не очень приятен – хотя бы потому, что знаменует провал американской дипломатии и потерю лица в том регионе, где на лицо обращают больше всего внимания. Опасна вероятность утечки ЯО в руки более непосредственных недоброжелателей Америки, меняется геополитическая карта (хотя в этом случае Япония оказывается более тесно привязана к США), но вопрос о вероятных потерях заставляет США искать иные способы смены режима или понуждения его отказаться от бомбы – с точки зрения лектора, логика соотношения выгод и потерь НЕ указывает на вероятность возникновения в АТР крупного военного конфликта.
Правда, поневоле приходится учитывать, что Буш и К предлагают новую модель безопасности, которую в определенном смысле можно назвать революционной (мы не судим, мы только описываем..) : безопасность всего мира достигается НЕ за счет баланса сил а за счет глобального доминирования, собирания всех под защитный зонтик США и уничтожение\нейтрализацию несогласных. Общий фундамент глобализации и ОЧЦ, подкрепленный военной и иной мощью свердержавы.
Добавлю от себя – так как эта модель задает много вопросов, втч и о способности США серьезно защитить, требуется показательный пример. На счастье, администрация не настолько монолитна, как кажется, а отдельные заявления не всегда оказывают мгновенное воздействие на бюрокартическую систему.

Мне же по этому поводу в голову пришел блок новых мыслей, которые касаются ЯО, а, может быть и всякого нового оружия вообще. Ведь первая попытка ограничивать стратегические вооружения случилась при решении запретить антигуманный и нарушающий все принятые нормы войны арбалет. Однако затем его разрешили использовать против неверных, а потом, до того как он был заменен аркебузой, он распространился по всей Европе. Любая серьезная военная инновация сначала является привилегией избранных (часто – владеющих высоким уровнем технологии, обеспечивающим производство очередного вундерваффе), а потом постепенно расползается по всему миру. Часто это происходит на фоне требований those who have not запретить эту негуманность.
Распространение ЯО следует тому же паттерну с одним важным исключением. Во-первых, изначальная неадекватность применения ЯО в не военных, а политических целях и небывалые жертвы среди гражданского населения сразу же сформировали определенную «картинку», устрашившую не только японцев. Во-вторых, на определенном этапе мы действительно столкнулись с оружием сугубо атакующего плана (имеется в в виду проблематичность защиты от), применение которого любой стороной однозначно вызывает гибель всего мира как максимум (неясно, верна ли теория ядерной зимы, но в головах она утвердилась крепко) и перевес потерь и затрат над вероятной выгодой как минимум.
В соовременных условиях время полета ракеты так мало, что проводить эвакуацию населения все равно не получится – зато запустить ответный удар еще можно успеть. Считается, что война между двумя странами, обладающими ЯО сведется или к «японской ничье» (два трупа или одинт труп и один умирающий), или к пирровой победе – даже один ядерный взрыв на территории страны-победителя будет достаточен для нанесения существенного военного, экономического и, скажем так, социального ущерба (имидж власти, общественное мнение, вопрос о цене победы и тп). Поэтому ЯО-владельцы начали стремиться решать проблемы не на уровне глобального противостояния, а способные завести ЯОи чувствующие свою уязвимость – завести свою бомбу как можно скорее – не угрозы ради, а стратегического сдерживания для. И хотя, как и пистолет в кармане джентльмена, идущего по ночным трущобам, оно часто дает не столько защищенность, сколько чувство защищенности, все мы помним: «.. главное, у кого ружье!»
По всеобщему мнению, именно угроза применения ЯО спасла Южную Азию от индо-пакистанской войны, да и конфликт в Корее, не равзившийся пока по иракскому сценарию, в значительной мере обязан слухам о пхеньянском ядерном устройстве.
Более того, чем больше ЯО, тем меньше вероятность его применения. Биполярная модель времен холодной войны или локальная модель, на которую, возможно, рассчитывает КЧИ, рассчитана на ситуацию, когда все держат друг друга на мушке, и идею глобального разоружения можно воспринимать не только как нечто гуманно-альтруистическое, но и как попытку военных найти выход из тупика «японской ничьи» и вернуться к ситуации, когда можно будет запустить свою ракету и не получить в ответ. Другой способ решения той же проблемы – американские эксперименты с ПРО.
Однако вариант «все с бомбой» имеет ряд подводных камней. Во-первых, поддержание ЯО требует хорошо развитой экономики и постоянных затрат, и гонка ядерных вооружений может запросто разорить страну, не имеющую достаточно средств – содержание ЯО требует абсолютных, а не относительных чисел. Так втягивание врага в гонку вооружений с участием ЯО может оказаться маневром, нацеленным на подрыв его экономики.
Во-вторых, ничто не вечно и ничто не точно – чем больше ракет, тем больше %ная вероятность того, что одна случайная ошибка или неполадка может привести к нечаянной трагедии. Тема обсосана в научной фантастике, но ее вероятность, помноженная на менее высокий уровеньядерной безопасности у у несильнораззвитых в экономическом смысле владельцев ЯО, может перейти тот процентный рубеж, после которого ее придется учитывать.
В-третьих, «бомба у всех» может создать прецедент, когда владельцем бомбы может оказаться не государство. А это ломает всю систему – у NGO, будь то фонд Сороса или Аль-Кайеда нет той территории, по которой можно нанести ответный удар. Выгодная игра в одни ворота может или спровоцировать «ответ не туда» или заставить проглотить пилюлю. Пока ядерный терроризм маловероятен технически, и устройство того типа, которое, например, можно будет купить у КНДР, слишком громоздко для бомбы, но перспектива... хотя теракт на АЭС, имхо, все равно штука менее затратная и более убойная.

терроризм, продолжение...

Вечером непонятно откуда пришло письмо со ссылкой на сайт, посвященный похожей на мою версии трагедии в ВТЦ (привожу английскую версию, тк русская еще не переведена). Буду разбираться, кое с чем можно спорить, но очень понравилась цитата из Геринга.
"Ну разумеется, народу не нужна война ... Но, в конце концов, политику определяют лидеры страны, а втянуть народ - дело нехитрое, демократия ли это, парламентская республика, фашистская или коммунистическая диктатура ... С голосованием или без него, народ всегда можно заставить делать то, что нужно лидерам. Это просто. Все, что нужно сделать - это сказать людям, что на них напали и обличить пацифистов в отсутствии патриотизма и в том, что они подвергают страну опасности."
http://www.serendipity.li/wtc.html

Все это спровоцировало еще на один виток идей вокруг терроризма, - в дополнение и в связи с комментариями:
· Терроризм связан как с понятием нецивилизованного противника, так и с ценой человеческой жизни. Там, где она невелика, терроризм или не работает, или называется геноцидом. А когда в лестнице приоритетов жизнь отдельно взятого человека выше политических интересов, как в Европе с ее ОЧЦ, он становится аргументом.
· Кроме того, должна быть высокая информационная насыщенность общества – именно потому сейчас «сразу требуют журналистов». Чем меньше группа, ттем больше внимания она желает привлечь. Табу на эту тематику или демонстрация постфактум могут потому стать хорошим подспорьем в борьбе.
· Ибо так как однотипные новости постпенно приедаются, для привлеччения внимания террористы начинают идти на Большее.
· Старый терроризм предполагал не столько атаку общественного мнения, сколько уничтожение определеной цели, несущей конкретную угрозу. Пугание остальных или привлечение к себе внимания были целями не первого порядка. Пару раз эсеры не кидали бомбы тк жертва была с семьей.
· Отмеченная проблема: «с ними невозможно разговаривать! Они готовы умереть и более того, знают, что умрут в любом случае». Раскрутить камикадзе, конечно, сложно но можно, однако это требует профессионалов. В обыденной же ситуации наличие шахида существенно сужает выбор мер противодействия.
· Сами шахиды могут вырасти в темноте, бедности и неустроенности, но те, кто их направляет, обычно очень хорошо образованы и из небедных семей.
· Государственный терроризм? О нем можно говорить только когда людей хватают вообще без доноса и главной мотивацией является именно наведение страха. В СССР все-таки требовались анонимки.
· Геноцид и тп – безусловно военные преступления, но НЕ терроризм. Атаки самоубийц на казармы и блокпосты тоже относятся скорее к диверсиям и партизанской войне. Терроризм предполагает сознательное приравнивание некомбатантов к воюющей стороне и бьет скорее по людям, нежели по структурам.
· Не забудем про общую обстановку – война сразу оправдывает целый ряд дополнительных мер. Декларации Буша отчасти служат и этой цели.
· Анархизм как вторая возможная идеологическая база террора из-за противопоставления себя любой структуре? Впрочем, серьезные команды анархистов были прекрасно и жестко организованы (не совсем сюда, но в голову пришли студенты РК образца 1990-х).
· Не забыть процитировать Маккензи... и вообще не помню, чтобы терроризм сам по себе (без сочетания с иными действиями; в отличие от партизан) достигал нужного эффекта.
· Определение терроризма экспертами ЦРУ США (ну есть же нормальные люди): действие совершается по предварительному плану а не импульсивно; нацелено на смену политического строя (не криминал); проводится не армией (расширил бы до госструктур вообще); нацелено на гражданское население, а не военных или военные объекты.
Еще денька два подумаю и начну складывать текст. Надеюсь, написанноое эссе проканает еще и как научная работа: такого в сочетании с 4-мя курсами в истории центра еще не было.
Заодно нашелся интересный аргумент касательно теории заговора: необходимый для успешного поддержания global domination уровень уровень контроля и мониторинга весьма велик. Поддержание ситуации под тем постоянным контролем, который приписывают конспираторам, требует куда большего уровня планирования и анализа, чем может себе позволить большинство стран, обладающих, в отличие от конспираторов, развитой бюрократической системой.