?

Log in

No account? Create an account
про Майдан-15 - Онлайн-дневник Маккавити — LiveJournal

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile

March 7th, 2005


Previous Entry Share Next Entry
05:59 am - про Майдан-15
После победы, или перспективы на будущее.
Победа оппозиции была воспринята российской прессой и рядом «специалистов» как существенное поражение российских интересов. От Ющенко ожидали, что в самое ближайшее время он устроит «интеграцию в ЕС», дискриминационную политику по отношению у русским и русскому языку по латышскому образцу и люстрацию, направленную на уничтожение его политических оппонентов (естественно, под видом борьбы с коррупцией и криминалом) и экономическое удушение оппозиционных регионов. Однако мой взгляд на будущее гораздо менее пессимистичен.
Особенно это касается отношений с Россией. Если при Кучме в отношениях между Москвой и Киевом определенные идеологические мифы о СНГ-шном или славянском единстве нередко преобладали над реальной политикой (приносимый такой политикой вред, по мнению ряда экспертов, проявляется в проблемах сегодняшних отношений между Россией и Белоруссией), то с новой властью можно говорить более четко и более жестко.
Теперь Россия, скорее всего, будет строить свои отношения с Украиной на реальной основе, которая включает в себя и большой объем экономических связей между нашими странами, и определенную энергетическую подпитку Украины российскими энергоносителями, и защиту интересов русскоязычного населения, которое естественно ориентируется на Москву. Представляется, что такие рычаги влияния окажутся более действенными по сравнению с идеологическими рычагами, которым отдавали предпочтение при Кучме.
Не случайно, невзирая на широко разрекламированные слухи о большом европейском турне, в ходе которого Ющенко должен был представить мировому сообществу план интеграции Украины в Европу, первый визит новый президент Украины совершил в Москву, ибо поддержка России для него не менее важна, чем поддержка Запада. Собственно, если бы к власти пришел Янукович, он бы сначала поехал на Запад – по той же причине.
Не следует ожидать структурных перемен и во внутренней политике. Во-первых, дело в том, что поляризация общества, грозящая превратиться в раскол, никуда не делась. Даже если, как утверждают самые ярые демократы, Янукович набрал всего 34-36 % голосов, мнение трети избирателей страны нельзя просто так списать со счетов. Новая власть должна учитывать эти настроения хотя бы для того, чтобы продемонстрировать свое отличие от «авторитарной» старой. К тому же, законы легитимности дают оппозиции теоретическое право использовать против власти тот же набор ненасильственных методов, на которые власть обязана реагировать согласно навязанным ею же правилам игры.
Во-вторых, использование протестных настроений хорошо для «объединения против», но когда такой блок наконец приходит к власти, он может оказаться неустойчив. Расстановка постов в украинском правительстве на момент написания этого текста отражает тенденцию «Всем сестрам – по серьгам», не забывая наделить важным постом представителей каждой группы из числа тех, кто помог Ющенко прийти к власти. Однако это заставляет думать о том, что дальнейшая политика такого правительства может оказаться нескоординированной, так как каждая группа станет защищать свои интересы (это уже видно по разногласиям, касающимся числа объектов реприватизации). Более того, она создает основу для развития фракционной борьбы в условиях отсутствия общего противника, каким была действующая власть и ее кандидат в президенты.
В-третьих, время лечит, и когда страсти остывают, а оголтелая черно-белая пропаганда уступает место попыткам более критического анализа ситуации или откровениям победителей, приподнимающим завесу над подноготной событий, у людей появляется возможность смотреть на вещи более трезво. Конечно, людям понадобится определенное время на то, чтобы сравнить действия новой власти с действиями старой и сделать вывод о том, кто все-таки хуже.
Благо то, как быстро новая власть начала по-ельцински мелочно расправляться со своими врагами , уже оказалось некоторым ушатом холодной воды на головы тех, кто ожидал от победителей большего благородстав, проистекающего из того имиджа, который они лепили себе перед приходом к власти.
Меня особенно впечатлили лишение Кучмы льгот, тотчас найденная голова/барсетка Гонгадзе и серия самоубийств, напоминающих цитированный мной текст о герцоге, который «играл топором в своем кабинете», но учтем и определенные ностальгические настроения, связанные с тем, что «большое видится на расстоянии». Многие элементы системы люди по-настоящему начинают оценивать только тогда, когда лишаются их (в Советском Союзе это, например, были бесплатное образование, гарантированное право на труд и не такая уж плохая бесплатная медицина).
Вообще же «пир победителей» очень напоминает мне те процессы, которые после очередной смены власти начинаются в Корее: «рекрутский набор чиновников», «никоим образом не передел собственности», и в первую очередь, масштабные чистки, слабо замаскированные под борьбу с коррупцией.
Про коррупцию скажем чуть поподробнее. Для Кореи, например, комплекс административных взаимоотношений, который у нас принято связывать с понятием «коррупция», является не столько безусловным социальным злом, сколько глубоко укоренившимся элементом бюрократической культуры. Элементы коррупции как обмена услугами, выражения благодарности за услуги и стремления превратить деловые отношения в неформальные глубоко проникли во все сферы общества, уличить в коррупции можно практически любого, нацеливаясь не на реальный объем его прегрешений в этой области, а на последствия, которые это обвинение принесет в политической игре.
Более того, попытка выкорчевать коррупцию с корнем является фактором, замедляющим экономический рост и приносящим стране больше вреда, чем пользы. Я не раз сталкивался с приватным мнением некоторых корейских экономистов, что определенный спад южнокорейской экономики связан именно с витком антикоррупционной борьбы. Традиционная система деловых и финансовых связей оказалась разрушенной или парализованной, ибо любая попытка чиновника активно поддерживать тот или иной проект может быть истолкована как проявление коррупции, и потому и бизнесмены, и чиновники выбиты из колеи и предпочитают вообще ничего не делать, дабы избежать риска. Добавим к этому реакцию внешних инвесторов и задумаемся над экономическими последствиями будущей украинской чистки.
В определенном смысле процесс борьбы с коррупцией напоминает мне «борьбу с номенклатурными привилегиями» времен деятельности Ельцина и Ко, когда за ликвидацию привилегий активно боролись те, кто был их лишен. Затем, с ростом у оппозиционеров шансов взять власть, борьба за уничтожение привилегий постепенно превращалась в борьбу за обладание ими.
Теперь о перспетивах. Я не настолько хорошо знаю ситуацию на Украине и потому не могу делать прогнозы с такой же высокой степенью вероятности, с которой я могу высказываться в отношении положения дел на Корейском полуострове, но если следовать аналогиям, то напрашивается несколько вариантов.
Первый кажется мне наиболее спокойным. Его хорошо сформулировал один из моих знакомых иностранных дипломатов, для которого украинская ситуация будет развиваться по принципу маятника. За те пять лет, которые будет у власти Ющенко, он, скорее всего, не успеет выполнить все свои обещания. Кроме того, массы смогут посмотреть на то, какими темпами станет обогащаться новая власть и насколько она действительно окажется лучше старой. В результате народ устанет ждать лучшей жизни, традиционное недоверие к власти и неприятие ее распространится на действующую власть, и в следующие выборы он отдаст большинство своих голосов оппозиции – и так далее. Пророссийская и проевропейская группировки неизбежно будут последовательно сменять друг друга во власти, ибо влияние внешних факторов на украинскую политику пока равновесно.
Второй вариант более пессимистичен, так как предполагает развитие ситуации по российскому сценарию 1991-1993 гг. Новая власть начинает стремительно обогащаться, занимаясь переделом собственности и стремясь за пару лет обрести все то, что старая элита накопила за десять, стараясь при этом отвлечь массы от этого факта шумными и демонстративными мероприятиями, в числе которых могут оказаться и люстрации, и политические процессы, проходящие с той же степенью необъективности, что и при старом режиме, и поощрение националистов-экстремистов для создания «подконтрольной проблемы», отвлекающей общественное мнение от проблем действительных. Поляризация общества усиливается, но власть рассчитывает использовать эту тенденцию для того, чтобы провоцировать оппозицию на открытое неповиновение и окончательно завернуть гайки. А это чревато, в свою очередь, серьезным системным кризисом и превращением украинского государства в то, что по-английски называется «fallen state», ибо, в отличие от России, территориальных и человеческих ресурсов страны может не хватить.
Третий вариант заключается в том, что уроки майдана не пройдут даром. Под влиянием пробуждения социальной активности масс и в формальном русле культуры глобализации на Украине начнется процесс становления гражданского общества как серьезной политической силы. Эта новая сила, созданная и вскормленная организаторами Майдана, перерастает, однако, рамки «цепного народа» и выходит из-под контроля ее создателей, и насколько вскормленное лидерами оппозиции гражданское самосознание масс удастся направить в нужное русло, большой вопрос. Ведь люди, особенно – молодежь, на которую делала ставку оппозиция, очень быстро обучаются, а Майдан породил достаточно большую прослойку социально-активной молодежи, которая во время «оранжевой революции» доросла до уровня лидеров низшего и среднего звена и имеет потенциал для того, чтобы расти дальше. Такая молодежь сумеет отделить патриотизм от «мелкодержавного шовинизма», идеи демократии и гражданского общества – от политиканов, манипулирующих ими в своих корыстных целях, а стремление к национальному консенсусу – от насаждения разнообразных мифов, пестующих образ врага. Она способна действительно оказаться стражем демократических преобразований, способным настоять на том, чтобы страна вела политику, действительно отвечающую ее национальным интересам, а не интересам третьих стран.
Созданные на базе майдана общественные организации имеют шанс стать настоящими стражами «оранжевой революции» в ее исходных посылках борьбы с олигархией, коррупцией и властным беспределом. И если, сумев удалить от власти «синих», они смогут точно таким же образом отрешить от нее «скурвившихся оранжевых», для меня это будет доказательством того, что те, кто пришел на майдан тогда, сделали правильный выбор.
Вариантов взаимоотношений народа и новой власти может оказаться несколько. Не самый приятный из них будет отчасти повторять ситуацию в Корее во время Второй Республики, где революционно настроенные студенты, приведшие демократов к власти, фактически давили на правительство и парализовали его деятельность. Однако наследие традиций на Украине немного иное, и хочется верить, что диалог там примет более цивилизованную форму.
Понятно, что циники в новой власти, скорее всего, постараются обезопасить себя от «майдана-2». Тем более что сделать это можно разными способами: от перенаправления народного пафоса на поиски «врагов народа» до внедрения настроений типа «За что боролись? Раз ничего нельзя изменить, то чего же рыпаться?». Пока мы знаем, что один из его непосредственных организаторов стал главой МВД.
Но, как мы уже говорили, шанс превращения наследия майдана во что-то большее выше, чем у организаций типа «Живого кольца» в России. И действия в стиле Ельцина, который в бытность его кандидатом от оппозиции устраивал митинги на Манежной площади, а, придя к власти, немедленно организовал на ней строительство торгового комплекса, намеренно вычеркнув таким способом это выигрышное место из числа площадок для демонстраций, могут не встретить поддержку народа, для которого главным в «оранжевой революции» было именно осознание своей способности не только защитить свое право на выбор, но и действительно суметь изменить ситуацию в стране своими действиями.

Меня могут упрекнуть в том, что я не говорю о четвертом варианте, предполагающем развитие на Украине интеграционных процессов и постепенное внедрение ее в европейское сообщество. Как ни странно, но этот вариант кажется мне еще менее реальным, как и вариант «большой смуты» с расколом страны на ряд самоуправляемых областей. Во-первых, пока Украина очень сильно зависит от России как торгово-экономического партнера, и для того чтобы преломить эту тенденцию, потребуется очень много времени и сил. Во-вторых, существование в рамках Евросоюза объективно делает Украину менее суверенным государством, чем ее нынешнее существование в рамках СНГ. Это связано с тем, что если в российской зоне контроля надгосударственные организации не имеют практически никаких функций кроме церемониальных, то любая страна, являющаяся членом Объединенной Европы, вынуждена играть по общеевропейским правилам.

Заключение/ выводы писать стоит ?

(6 comments | Leave a comment)

Comments:


[User Picture]
From:_minos_
Date:March 7th, 2005 08:06 am (UTC)
(Link)
напиши уж :)
[User Picture]
From:barbudo
Date:March 9th, 2005 03:50 am (UTC)
(Link)
Стоит. И спасибо большое за весь цикл.

Кстати -- failed states.
[User Picture]
From:makkawity
Date:January 13th, 2010 10:52 am (UTC)
(Link)
Очень интересно читать 5 лет спустя.
[User Picture]
From:deadkittten
Date:January 16th, 2010 11:18 pm (UTC)
(Link)
Как я понимаю, всё идёт более-менее по первому варианту.
[User Picture]
From:makkawity
Date:January 17th, 2010 08:57 am (UTC)
(Link)
Да, и это не так плохо.
[User Picture]
From:vanja_y
Date:December 17th, 2011 04:43 pm (UTC)
(Link)
С моей точки зрения, уже свернули на второй вариант. Но хотелось бы, конечно, надеятся на первый...

> Go to Top
LiveJournal.com